Сельские школы: расписание на завтра

Источник материала:  


Только за год учеников у нас стало меньше на 7,4 тысячи, а школ — на 120. Это примета сельской местности, где так же остро, как и демографический вопрос, стоит проблема самого состояния школ, их материально–технической базы. Кабинет образца середины прошлого века для пары учеников или, наоборот, учитель, тянущий несколько предметов, объясняя их чуть не на коленке, без какого–либо лабораторного оборудования, — конечно, не такого уровня образования желали бы ученики и родители. К слову, малокомплектные школы закрываются не только у нас, но и в Европе. Во всех смыслах они обходятся слишком дорого — и для государства непомерные расходы, и цена знаний не та. Но для жителей такой поворот событий всегда болезнен. А потому здесь главное — все просчитать, взвесить, объяснить, ни в коем случае не рубить сплеча. Как же оптимизируют работу сельских школ? С какими трудностями сталкиваются? Какие компромиссы находят? На месте разбирались корреспонденты «СБ».


Зазерье заждалось обещанного


Более 20 лет жители деревни Зазерье ждали окончания строительства современной школы. Это был уникальный проект, который в 1989 году решил воплотить в жизнь тогдашний директор экспериментальной базы «Зазерье» Иван Жавнерчик. Здесь планировался и спортивный комплекс с бассейном на 4 дорожки и «лягушатником», и актовый зал с кинотехникой, мастерские, класс хореографии, компьютерные классы и даже тир в подвале. Нигде не было такого проекта! Уже стояла коробка, начали вставлять деревянные окна, когда в середине 1990–х на стадии отделочных работ прекратилось финансирование...


Памятник бесхозяйственности


В то тяжелое время были пущены под бульдозер многие недостроенные объекты, зарыты в землю громадные денежные и материальные ресурсы. Где–то местные власти просто не видели смысла вкладывать средства. Но значимость Зазерской школы под сомнение никто не ставил. Зазерье — не вымирающая, отнюдь не маленькая деревня со статусом агрогородка, всего в 30 км от Минска. Здесь живут 850 человек трудоспособного населения, 21 многодетная семья, 220 детей до 18 лет. И уезжать отсюда никто не стремится. Наоборот. Участка не добиться, чтобы построиться. Жители находят работу в Михановичах, Колядичах, ездят в Минск. Деревня перспективная! Здесь и конноспортивная школа, и поликлиника, и три магазина. «Все есть, нет только клуба, бани и спортивных сооружений — все это, планировалось, компенсирует новая школа», — сетуют жители.


— Годами на наших глазах такой нужный для нас объект превращался в развалины, — делится наболевшим Иван Нестерович, показывая на фотографиях свою школу–мечту. — Ведь вложили, по нынешним меркам, где–то 1,5 млн. долларов. В те времена наше хозяйство занимало первое место по финансам. Рентабельность — 89 процентов. В исполкоме нам предложили строить школу на долевых условиях. И мы добросовестно выполнили взятое на себя обязательство, профинансировав почти 70 процентов. А потом я ушел из хозяйства, и строительство заглохло. Никому из нового руководства не было дела до школы. Здание ветшало, разворовывалось. Мы неоднократно обращались во все инстанции с просьбой помочь ее достроить, но нас только кормили обещаниями...


В 2007 году, когда деревня получила статус агрогородка, появилась и надежда на то, что и школу «реанимируют». Экспертиза показала, что достраивать можно, хоть и со сносом второго этажа. Скорректировали проект. Учителя и местные жители до сих пор вспоминают, как им на школьной доске начальник районного отдела образования рисовал, какой будет новая школа. Каждый год объект вносили в областные инвестиционные программы, назывались конкретные суммы, которые планировалось выделить для продолжения строительства. Но строители на площадке так и не появились. В итоге драгоценное время упущено. В прошлом году сельчане с грустью наблюдали, как обветшалое здание разбирали. Остались только трансформаторная подстанция да инженерные сети.


— Как же так? — возмущается Иван Жавнерчик, который знает цену этому памятнику бесхозяйственности. — Что это за отношение к жителям деревни? Была баня — разобрать, был клуб — снести, есть школа — расформировать, был парк — спилить, была школьная столовая — продать частному предпринимателю под магазин. А что построили? Что сделали, чтобы деревня жила полноценной жизнью, чтобы люди не стремились в город?


Тесно и обидно


Реальность такова: детский сад в деревне переполнен, более сотни школьников занимаются в старом здании барачного типа послевоенных времен, в маленьких классах, где порой 18 ученикам тесно, в доску носом смотрят. Школа работает в две смены, и еще к 13.00 приходит полуторная. Нет ни столовой, ни спортзала, ни мастерских. Как проходят уроки физкультуры? «Лыжи — и на улицу, шашки–шахматы, летом — на стадион», — говорит заместитель директора по учебной работе Оксана Синявская. Школьные обеды привозят из соседней деревни, в бидончиках. В пристройке есть раздаточная, а едят школяры в классах. Туалет и вовсе деревянный, продуваемый со всех сторон.


— Я не могу согласиться, когда говорят, что где–то есть и хуже, — говорит Иван Нестерович. — В наш современный век учиться в таких условиях — не дело. Поэтому и строили новую. Строительство школы в Зазерье включено и в программу устойчивого развития села на 2011 — 2015 годы, на этот год было запланировано изготовление проектно–сметной документации.


Надежда не умирает


Понятно возмущение родителей, чьи надежды на новую школу рухнули вместе с долгостроем. И одно здание не достроили, и старое в божеский вид не привели, и в перспективе ничего не намечают. Тогда чиновники и предложили организовать подвоз школьников в деревню Пережир, что в 6 км. Мол, зачем вообще что–то строить, если на территории сельсовета есть добротная трехэтажная школа на 560 мест, заполненная всего на треть? Там учатся дети из 10 близлежащих деревень.


Тут–то родители, совсем отчаявшись, обратились в «СБ»: «Добиваясь строительства новой школы, мы накликали на себя еще большую беду, встал вопрос о закрытии существующей, пусть и несовременной. Какая ж это оптимизация: лишить перспективный агрогородок единственного культурного центра?»


Сегодня школы закрываются там, где всего 20 — 40 школьников на всю округу. Содержать для них здание и целый штат педагогов — нецелесообразно. Но Зазерье — особый случай. В ближайшие пять лет здесь меньше 120 — 130 школьников не будет. Наоборот.


— Сейчас 10 первоклашек. В следующем — 14. Через два года в первый класс идет 20 человек, — сверяется с бумагами Оксана Синявская. — В деревне подрастают еще 85 дошколят. Деревня молодая, новые дома, улицы отстроились...


Когда вопрос затрагивает как минимум 120 семей — тут накал эмоций зашкаливает! Поэтому и журналистов жители встретили с тревогой, и разговор получился натянутый, как струна. Видно было: болеют всей душой за свою школу, опасаясь, как бы не сделать хуже, уж лучше такая, чем вообще без нее.


— Она в хорошем состоянии, — защищал школу педагогический коллектив. — Теплая, уютная, мы делаем ремонт. И детки высокие результаты показывают: и при поступлении, и на областных олимпиадах... Вот вы спрашиваете, возвращается ли молодежь в деревню? Из 20 наших педагогов 12 — выпускники нашей школы, которые вернулись после института. Единственный приезжий — математик из Пуховичей. Остальные — местные.


И все же сквозит обида: большая и красивая деревня, столько лет обещали новую школу... Людям очень хочется опять поверить в будущее.


Мария КУЧЕРОВА, «СБ».


Комментарий


Владимир Курлович, директор ИСКУП «УКС–Пуховичи»:


— Школа–долгострой находилась в предаварийном состоянии и могла в любой момент обрушиться. Ставили временное ограждение, но дети все равно пролезали. Нужно было срочно принимать решение. Однозначно, достраивать ее уже было нельзя. В 2011 году заказали обследование ОАО «Белкомплекспроект». Вот краткое резюме: «Принимая во внимание общий физический износ строительных конструкций, превышающий 75 процентов, и скрытые дефекты кирпичных стен, связанные с отслоением внутренних слоев кирпича в кладке стен, рекомендуется разборка стен и перекрытий выше перекрытия подвала». То есть фактически рекомендовано провести полный демонтаж. Оставлять фундамент не было смысла. Даже если бы были выделены деньги на строительство, пришлось бы разрабатывать индивидуальный проект, а затраты на него значительно выше, чем на типовой.


Компетентно


Николай Кулеш, первый заместитель начальника управления образования Миноблисполкома:


— Завершить строительство школы–долгостроя не удалось из–за ограниченности областного бюджета и необходимости строительства объектов образования в регионах с более острой потребностью. Из гос-


программы устойчивого развития села школу в Зазерье никто не исключал, но в этом году на этот объект деньги не выделены. Даже на проектно–сметную документацию. Будем побогаче — будем строить. Сегодня актуально строительство школы в микрорайоне № 8 Жодино, в Боровлянах сложная ситуация, там школа скоро в 3 смены будет работать. Для Зазерья имеющейся школы пока достаточно.


Ученикам предоставляется общежитие


В прошлом сентябре учебный год не начался в 18 сельских школах Витебщины. Они закрылись. Деревни глубинки пустеют. Учеников все меньше. За знаниями ребят подвозят на автобусах в более крупные населенные пункты, где школы сохранились. Однако не всегда это приемлемо и экономически выгодно. Поспособствовать полноценному образованию, пожалуй, может общежитие при школе. По такому пути пошли во многих районах Придвинья. В том числе — в Россонском.


В пришкольном интернате россонской средней школы имени Петра Машерова сегодня живут 10 ребятишек со всего района. Воспитатель Ирина Аверкович, начинавшая здесь педагогическую карьеру еще в конце 70–х, вспоминает, что тогда постояльцев было больше:


— Более 30 лет назад в интернате жили 60 воспитанников. Они занимали все 2 этажа. Тогда даже овощи с собой из дому привозили. Сейчас 4–разовое питание для обитателей интернатов при сельских школах — бесплатное.


Еду готовят в собственном пищеблоке. Маленькая уютная столовая — также своя. Я зашел туда во время обеда. Как раз когда повар Светлана Ивановская встречала самого юного жителя интерната — третьеклассника Ваню Шугальского.


— Кормят здесь вкусно. Особенно картошка тушеная и драники нравятся, — уплетает за обе щеки парнишка. — Учиться тяжеловато. Самый трудный предмет — английский. В свободное время можно книжку в библиотеке взять, в шашки поиграть, на лыжах в школьной секции покататься. Хотя игрушек хотелось бы больше...


Воскресенье в интернате — выходной. Я приехал в пятницу и поэтому застал только ребят из Янковичей, где в прошлом году закрылась средняя школа. В комнате для самоподготовки встретил одиннадцатиклассницу Валю Медведеву:


— Вот с соседкой по комнате Катей Зуевой к экзаменам готовимся. Ноутбук можно подключить только здесь. Розеток в жилых комнатах нет. По технике безопасности. Мы к этому привыкли. Скучновато, конечно, без родных. Но учиться ведь надо. Я, например, хочу поступить в Белорусский государственный технологический университет. Хожу к репетиторам. ФОК посещаю, где бассейн есть и тренажерный зал. Это плюсы жизни в райцентре. Из минусов, пожалуй, только мебель.


В интернате она совсем старенькая.


Директор школы Елена Морозова об этих проблемах знает:


— За последние 2 года с помощью областного управления образования в интернате мы поменяли канализацию, поставили новые окна, крышу перекрыли, вентиляцию модернизировали в пищеблоке. На очереди — душевая, шкафы в комнатах. Заработки на селе небольшие. Поэтому собирать деньги с родителей на эти цели неправильно.


Косметический ремонт и обновление мебели — не единственная головная боль для начальника отдела образования Россонского райисполкома Виктора Мельникова. Он не исключает, что скоро под жилые комнаты придется готовить и второй этаж пришкольного интерната в райцентре, который пока пустует:


— Сегодня тремя автобусами мы подвозим в школы района 159 ребятишек. Так составляем маршрут, чтобы по дороге в ту или иную деревню собрать компанию из 5 — 6 человек. Но, бывает, делаем длинный крюк из–за одного ученика. Расходы — большие. Чтобы их снизить, предлагаем ребятам пойти в интернат. Беседуем с родителями. За последние 5 лет школы у нас перестали работать в Ковалях, Юховичах, Янковичах и Альбрехтово. Все меньше старшеклассников становится в Заборье. Среднюю школу там, по–видимому, придется реорганизовать в базовую.


Если так произойдет, доучиваться старшеклассники будут в райцентре. Ездить почти за 40 километров дважды в день не слишком удобно. Лучше, наверное, остаться в пришкольном интернате.


Сергей ГОЛЕСНИК, «СБ».


Фото автора.


Звонок на закрытый урок


В школе деревни Высокое Рогачевского района соотношение детей и персонала, как в дорогих пансионах, — почти один к одному. Она из тех, которые не откроются в следующем учебном году. Учеников будут возить в соседний агрогородок Городец. Местные жители такой перспективе не рады. Но, похоже, и сами понимают: итог закономерен.


— Дети кончились, — бабушка, разгребавшая снег у своей калитки, уместила в два слова все местные финансово–демографические процессы, объясняющие происходящее.


В Высоком понимают, что закрытие школы и садика не лучшим образом отразятся на судьбе деревни. Но с рождаемостью ничего не поделаешь. Потенциальных родителей почти не осталось. Молодых «высасывает» город. За прошлый год в Высоком родились только трое малышей.


Школа выглядит необычно. К деревянному дому, возведенному после войны, в хрущевские времена приделали длинную пристройку без изысков. Там и учатся дети более полувека. Несмотря на неказистый вид, здание ухоженно, дорожки расчищены, внутри тепло, звонок созывает на уроки. Обычная школьная жизнь...


Точное название учреждения — «детский сад–базовая школа». Дошкольники обосновались в отдельном помещении — крепком кирпичном здании с новым пищеблоком. К моему приходу четверо малышей под командованием воспитательницы увлеченно корпели над карточками с правилами дорожного движения. Чтобы эффективнее использовать здание, в нем разместили и третьеклассников.


Директор школы Алексей Волков пролистывает журнал на несколько лет «в прошлое». Тогда список учеников едва умещался на странице. Потом пошел спад, а за несколько лет ребят стало почти вдвое меньше. Сегодня на 27 школьников и 8 списочных детсадовцев — 26 человек персонала. В некоторых классах учатся один–два человека.


Дверь из крохотного директорского кабинета ведет в так называемый спортзал. Здесь сейчас урок: весь класс играет в настольный теннис. Все двое учеников... «Малокомплектный» колорит бросается в глаза: маленькие классы, маленькие доски, индивидуально работающие с каждым учителя. Раиса Маркевич тут преподает уже 36 лет. Переживает, не затерялись бы ее воспитанники в большом классе:


— Дети бывают и слабые, а в малокомплектной школе им все же внимания больше, вытягиваем...


Значительную часть класса белорусского языка и литературы занимает коллекция народной утвари. Считайте, история деревни в вещах. Учитель Татьяна Ковалева все повезет на новое место. Сами школьники рассуждают прагматично: да, тут привычнее и дом рядом, но в Городце «матбаза побогаче»...


Особый вопрос — судьба высвобождающихся зданий и спортплощадки. Что бывает с крепкой постройкой, когда уходят люди, известно. В райисполкоме говорят, что намерены выставить собственность на аукцион.


До Городца минут 15 неторопливой езды. Контраст впечатляющий. Директор местной школы Светлана Ткачева с жаром доказывает:


— Всех примем, никого не обидим!


Опыт есть — здесь уже учатся дети из ранее ликвидированных школ. Директор, напомнив про «стопроцентную поступаемость», с гордостью показывает классы, спортзал, столовую. Комфорт тут чувствуется во всем — никаких туалетов на улице... Школа рассчитана на 340 учеников — сейчас их немного больше сотни. Значит, всем хватит места. С избытком.


...Реорганизация малокомплектных детских учреждений — дело по определению невеселое и сложное. Где причина, а где следствие? То ли школа закрывается потому, что нет детей, то ли дети не заводятся, поскольку нет школы и садика... Но в Октябрьском районе мне рассказали об интересном примере: руководитель хозяйства лично вступился за «неперспективный» садик. Просто поддержал его материально, расценивая это как инвестиции в будущее предприятия.


Андрей НОВИКОВ, «СБ».


Фото автора.

Авторы публикации: Сергей ГОЛЕСНИК, Мария КУЧЕРОВА, Андрей НОВИКОВ

←Сайт Беларускай чыгункі пераклалі на беларускую мову

Лента Новостей ТОП-Новости Беларуси
Яндекс.Метрика