Поднимался в одиночку, видел грозу сверху и ловил галлюцинации. Как предприниматель из Минска покоряет горы-пятитысячники

Альпинизм — история однозначно не для всех. Это дорогой экстрим, который нельзя просто «попробовать», ведь даже подъем на небольшую высоту требует тщательной подготовки. Но некоторые втягиваются — и в их жизни появляется еще одна страсть, которую нужно как-то вписывать в семейный и рабочий распорядок. Именно так получилось у Виталия Линчик. Предприниматель развивает бизнес в сфере напольных покрытий, вместе с женой воспитывает троих детей, а еще успевает взбираться на пятитысячники, причем даже там он старается быть на связи с семьей и с командой.

«С 13−14 лет старался иметь свои деньги»

— Мы — дети того поколения, которое особо в гаджетах не сидело. Днями играли в футбол во дворе, занимались спортом в школе. Так получилось, что финансовое положение моей семьи несколько раз менялось. Мама преподавала в училище, была мастером. А папа занимался бизнесом, причем до какого-то момента очень успешно. Поэтому в начальных классах я учился в частной минской гимназии «Альтернатива», где все дети были из обеспеченных семей. В каждом классе — телевизоры, диваны, санузлы. Однажды старшеклассник сам приехал на занятия за рулем отцовской Audi TT.

Потом отец Виталия столкнулся с проблемами и на время пропал — в буквальном смысле этого слова. Будущий предприниматель сначала перешел в государственную гимназию, позже — в обычную школу, уже на другом конце города. Каждый день он вставал в 7 утра и с двумя пересадками добирался на уроки.

— Но мне нравилось справляться с трудностями. С детства у меня была астма. В какой-то момент я просто отказался от баллончика — даже не брал его на ночевки к друзьям. Поначалу это вызывало огромный стресс, начинались приступы паники. Я боролся с ними — приседал, отжимался, делал дыхательные упражнения. Так, из этой цепочки преодолений, и сформировалась моя нынешняя позиция: многие вещи кажутся мне несложными, я просто начинаю их делать. К тому же, очень легко коммуницирую с представителями самых разных слоев общества. Думаю, во многом на меня повлияло воспитание обеих бабушек. Одна была очень строгой, требовательной и экономной. Вторая — легкой на подъем и без особых ограничений в мышлении: например, когда ей было уже за 70, через программу «Жди меня» она нашла родственников за границей и поехала к ним гостить.

После 9 классов Виталий пошел в училище, поступил на регулировщика радиоэлектронной аппаратуры.

— Параллельно я подрабатывал, с 13−14 лет старался иметь свои деньги. Например, когда отец вернулся, он пошел работать на кованое производство. Я устроился в эту же мастерскую — в день получал по 20−30 долларов. Правда, после дня за станком металлическая пыль была у меня везде, даже в носу. Потом убирал полы на Комаровском рынке, ездил на моечной машине. Также работал в прокате дисков, тогда это еще пользовалось спросом.

Практика по специальности парню не понравилась. Так, на одном из производств он увидел делегацию китайцев. Они приехали покупать продукцию. Но, как оказалось, — не для использования, а чтобы разобрать ее на цветные металлы. Это сильно демотивировало:

— Раздражала проходная система, потому что я часто опаздывал, а мастер постоянно делал мне замечания. Хотелось погулять, походить по ночным клубам — я все думал, как уйти из такого найма и найти для себя другие пути заработка.

В какой-то момент Виталий оказался на строительном рынке «Уручье». Пару месяцев поработал в чужом бизнесе, потом стал ИП и начал работать уже на себя, по понятной системе, которая на тот момент была одинаковой для всех.

— Но у меня всегда было желание бежать вперед. Чуть позже познакомился с партнером, которые доверил мне развитие интернет-магазина строительных и отделочных материалов. Это снова был найм, однако я уже стал директором — это и ответственность, и нестандартные задачи. Шоурум работал офлайн — а мы хотели сделать интернет-площадку. Е-commerce-проектов в нише было еще мало: идея на тот период была шикарной. Поставили цель — стать № 1 на рынке.

Партнер отвечал за разработку и продвижение сайта, Виталий — за переговоры с поставщиками. Одними из первых они привезли в Беларусь виниловые полы, массово рассказали о них. Так бизнес работал 3−4 года, проект рос: на пике в колл-центре работали 20 менеджеров, которые консультировали клиентов и принимали заказы.

— За неделю я мог провести 20 собеседований. Мы набирали много неопытных людей, сами обучали их. Новички, как правило, часто ошибались, за ними нужно было исправлять. А, научившись, уходили дальше — что тоже не работало нам в плюс.

«Иногда экспериментируем, делаем не так, как советует производитель»

Наступил 2020-й, по бизнесу ударили ковидные ограничения. Виталий перестал находить общий язык с партнером и решил покинуть проект. В это же время у него родился старший сын Гордей. Мальчик появился на свет незрячим. Забегая вперед: сейчас ребенку 5 лет, он видит предметно, прошел много операций и постоянно занимается реабилитацией

— Мне кажется, жизненные вызовы каждому даются по силам. Я люблю говорить себе, что страшно — это когда человек уходит из жизни. Со всем остальным можно работать, — считает Виталий.

Именно так, трезво, он смотрит на историю с интернет-магазином стройматериалов. Сейчас предприниматель уже видит — скорее всего, им с партнером стоило привлечь инвестиции и заключить прямые контракты с поставщиками, стать их представителями на белорусском рынке.

— Если же ты постоянно перекупаешь продукцию, рано или поздно поставщик может сделать свой е-commerce-проект и убрать тебя с поля игры. Насколько знаю, сейчас наш проект вернулся на тот же строительный рынок в «Уручье», с которого начинался.

Еще один инсайт предпринимателя: вовсе необязательно быть первым в своей нише и на рынке. Хороший вариант — бутиковый формат бизнеса с ручным управлением и не раздутым штатом.

— Я понял, что мне нравится работать с напольными покрытиями. У них есть интересная особенность — сфера не так подвержена смене трендов. Например, на фасадные решения мода меняется быстро. Помните, как все делали на стенах в интерьере искусственные кирпичики? Сейчас это уже никому не нужно, продавцам пришлось переориентироваться на акустические панели, гибкий мрамор и другие материалы. Конечно, в напольных покрытиях тоже есть тенденция к смене категорий, но они более-менее идентичны друг другу. К тому же, в нише хорошие средние чеки и этот продукт мне понятен.

Поэтому Виталий, уже с другими партнерами, открыл монобрендовый салон немецкого бренда напольных покрытий. Из этой идеи ничего не получилось — сложилось много факторов, в том числе и семейные заботы героя. В тот период он часто возил старшего сына на лечение в Германию, в Испанию. Партнеры разошлись.

— Я потерял свои инвестиции. Но решил не смещать фокус и все равно заняться напольными покрытиями, просто правильно выстроить процессы. Начал поставлять напольные покрытия из Германии, Китая, реализовывать их в России и Беларуси. Так же много продукции стал привозить из России, чтобы продавать здесь. Еще, параллельно с работой, успел получить высшее образование по специальности «Правоведение».

Вскоре в Минске, возле станции метро «Уручье», Виталий открыл розничный салон напольных покрытий Floor & Decor: с решениями от разных брендов и на разный бюджет. Стал завозить эксклюзивные продукты, чтобы отличаться ассортиментом от конкурентов из разных стран.

— В этой схеме нет ничего нового. Но она предполагает много сложностей на старте. Мастера-укладчики, которые работают с нами, помогают выбирать качественные продукты. Уже после одной укладки они могут сказать, есть ли проблемы с геометрией, замками, прочностью. Я и сам за неделю посещаю по 3−4 объекта. Иногда мы экспериментируем с укладкой пола, делаем не так, как советует производитель — чтобы найти лучшее решение. В таком случае, конечно, рекламации берем на себя, но такие пробы приносят свой результат.

Второй розничный салон — «Ламелит» — Виталий с командой недавно открыл на Петровщине. Здесь представлены уже другие бренды напольных покрытий.

— Мы активно занимаемся маркетингом. Проводим семинары, обучения для специалистов из сферы. Сами ездим на выставки, на мероприятия. Болеем «наполкой», — улыбается предприниматель. — У Floor & Decor уже 10 тысяч подписчиков. Выкладываем там и развлекательный, и экспертный контент, делаем видео с объектов — аудитории нравится видеть конкретный результат.

«В горах очень быстро понимаешь, с кем лучше не идти по жизни дальше»

Можно ли назвать спокойным и стабильным этот этап? Точно нет: по словам Виталия, не было и полугода, и даже квартала, когда бизнес не приносил бы новые вызовы:

— Регулирование цен, сертификация, утильсбор, лицензирование, недопонимания с поставщиками. Нужно постоянно адаптироваться к изменениям, которые появляются в нише. Есть и глобальные моменты, с которыми необходимо считаться — например, изменения валютных курсов.

Несмотря на все это, Виталий не дает себе утонуть в операционке и текучке. Минимум раз в год он перезагружается — это и путешествия с семьей, и восхождения в горы. Экстремальное хобби предприниматель открыл для себя около 8 лет назад.

— Первое восхождение было на Эльбрус. Мы собрались туда еще с командой нашего интернет-магазина стройматериалов. Я готовился, как только мог: плавал по 3 км в бассейне, трижды в неделю бегал по 10, а иногда и по 20 км. Не пользовался лифтами, воздерживался от алкоголя. Но, правда, выбрал ужасную экипировку — понадеялся на легкий сноубордический комплект, в котором в итоге постоянно мерз.

Это был коммерческий тур: с гидом, подготовленным маршрутом, подъемами и спусками для правильной акклиматизации. И даже в таких условиях, по опыту Виталия, из людей очень быстро выходит все то плохое, что они обычно скрывают под масками вежливости и дружелюбия.

— Уже на второй день можно увидеть, как кто-то хныкает и жалуется — на быт, еду, туалеты. В горах очень быстро понимаешь, с кем лучше не идти по жизни дальше. Ведь в этих условиях еще и очень страшно — может сойти лавина, можно провалиться в расщелину, когда ледник трескается. Например, при крайнем восхождении в Кыргызстане я увидел, как сверху спускают тело человека, который погиб на высоте. А когда-то был близко к вершине и смотрел, как внизу идет гроза и бьют молнии.

Но там же, в горах, можно завести и интересные знакомства. Так, однажды, на ночевке в лагере Виталию не спалось: палатка была установлена под наклоном, так как только это место было безопасным. Он достал свой стратегический запас — кусок сала. Сосед-кыргыз увидел, выложил копченый курдюк (деликатесный бараний жир). Альпинисты разговорились. Оказалось, собеседник уже месяц как жил на высоте 5 500
метров, пытаясь адаптироваться к тяжелым условиям и навсегда изменить принципы работы своего организма.

— Он впечатлил меня, но его идея сомнительная, — нормально чувствовать себя в горах могут только шерпы. Это народность из Непала, люди, которые генетически предрасположены к высоте. Они обеспечивают безопасность и комфорт альпинистов по всему миру, могут тащить наверх грузы, которые превышают их собственный вес. У остальных, к сожалению, в горах обычно плохое самочувствие. Я и сам, случалось, ловил «горняшку» — это помутнение сознания и галлюцинации из-за гипоксии (отсутствия кислорода). Хотя мне дышать разреженным воздухом проще, ведь я помню, что такое гипоксия еще с детства, когда были приступы астмы. Нехватка кислорода не так пугает меня. Еще у некоторых на высоте бывает тошнота или диарея. Отеки — вообще норма для альпинистов.

Зато, впервые поднявшись на вершину, Виталий испытал такую эйфорию, которую ему и сейчас трудно описать.

— Ты идешь и плачешь, идешь и смеешься, идешь и перегоняешь в голове тысячу мыслей. На вершине все лишние эмоции исчезают — остается только кайф. А потом спуск, который тоже нужно преодолеть. В свой самый первый раз я на спуске остался один, без инструктора и без команды. Шел в тумане, не видел ничего на расстоянии вытянутой руки. Встретил такого же одиночного альпиниста, мы решили двигаться вместе. Услышали звук двигателя — к нам подъехали люди на снегоходах. За 60 долларов они предлагали подвезти вниз. Мы согласились. А когда спустились, оказалось, что это мой знакомый, который пару дней назад в лагере проиграл мне в нарды 100 долларов. Получилось, что он остался должен всего 40, — со смехом вспоминает Виталий.

После этого восхождения Виталий серьезно втянулся, начал покупать хорошую экипировку. Он пробовал взойти на Пик Ленина — не пустила погода, но альпинист планирует туда вернуться и повторить восхождение. А еще в одиночку покорил Казбеги. К слову, в Троицкой церкви в Гергети, что рядом с Казбеги, они с женой обвенчались.

— Альпинизм учит хорошему правилу — даже если ты не достиг вершины, это не значит, что поход не удался. Есть поговорка: «Гора останется, а мы вернемся». Это помогает справляться с нездоровыми амбициями, из-за которых, к сожалению, люди часто рискуют жизнью. Я всегда помню — меня ждут дома, я должен прийти назад.

Бизнес, в который Виталий погружен на 100%, тоже не остается без управления. Сейчас во многих лагерях есть связь — иногда Виталий прямо в палатке подписывает платежки и отвечает в чатах:

— Я не отключаюсь от операционки. А зачем? Меня не напрягает моя работа — я сохраняю баланс. Мы с женой путешествуем и по Беларуси, и за границей. Включаем детей во многие наши активности, приучаем их к смене картинки. Поэтому я не выгораю в бизнесе и мне не хочется выбросить телефон в окно.