Приключения трудовой книжки. Легко ли жителям витебского приграничья найти работу в России

Источник материала:  
06.11.2016 13:09 — Новости Общества

В белорусско-российском приграничье люди ездят друг к другу в гости, женятся, ходят в соседские магазины, помогают без оглядки на территориальное разделение. Трудиться они также могут в любой из стран. Оплата работы и социальные гарантии одинаковы для наших граждан. Журналист «СБ Беларусь Сегодня» побывала в Рудне Смоленской области и в качестве эксперимента попыталась устроиться там на работу.


Каждое утро из Витебска на Рудню отправляется дизель-поезд.

У челнока все схвачено

Уже минут через двадцать после посадки в утренний дизель Витебск — Рудня познакомилась с бойкой пенсионеркой. Узнав, что еду за границу искать там выгодную работу, она с ходу предложила: давай трудиться вместе. Я, мол, уже старая стала для торговых закупок, а напарницы нет. Еще минут двадцать, и я уже в курсе схемы, по которой будет действовать наш дружный кооператив.

Итак, новая знакомая берет на себя изучение товарного спроса и анализ цен на белорусском уличном рынке. Составляет «заказ». Я еду с ним в Рудню или Смоленск, где у моей новой знакомой «все схвачено». По оптовым ценам покупаю рыбу, селедку, консервы, кетчупы, сыр, сгущенку в бутылках, другие продукты и привожу в Витебск. Реализацией занимаемся вместе, за что получаю 30 процентов от прибыли.

Прикинув в уме свои физические возможности по перевозке грузов и сумму будущего заработка, высказываю сомнение: процент явно несправедлив. Пенсионерка спорит: а разве ее зарубежные связи, благодаря которым я буду закупаться намного дешевле, чем все остальные, ничего не значат?

Спор прерывается — в вагон заходят сотрудники милиции и начинают проверять документы. Я поднимаюсь и иду к ним. Испуганная челночница, судя по всему, решает, что хочу ее «сдать». Спешно уходит в соседний вагон.

А я уже официально знакомлюсь с рейдовой группой. Старший инспектор-дежурный Витебского отдела внутренних дел на транспорте майор Сергей Якимов, милиционер ОМОН Александр Михайлов и сотрудник отделения по гражданству и миграции Железнодорожного РОВД Витебска Юрий Янушкевич проводят операцию по отработке пригородных поездов. Они доедут с нами до границы, а потом будут сопровождать поезд обратно, обращая внимание на тех, кто мог воспользоваться этим видом транспорта для пересечения границы. Ведь при покупке билета на дизель-поезд никто не спрашивает документов, удостоверяющих личность. Получается, что это самый незаметный для преступников вид путешествия.

Пока же людей в форме заинтересовала группа бритоголовых мужчин с наколками на руках, а еще — одиноко путешествующий футбольный фанат, с шарфом любимой команды. Документы всех пассажиров в порядке.

Сергей Якимов рассказывает:

— Челноков в последнее время стало значительно меньше, в основном они перевозят спирт и алкогольную продукцию. Так что ваша «нанимательница» — одна из немногих, кто остался у истоков продуктово-железнодорожного бизнеса. Большинство нелегалов используют автотранспорт для доставки товара, которым потом торгуют с земли на улицах города. Причем задействуют для перевозок дешевые легковушки и «микрики», чтобы не сильно переживать при их возможной конфискации.

На станции Заольша, которая является последней белорусской, прощаемся с членами рейдовой бригады.


В Россию за пенсией

На станции Рудня, вдоль железнодорожного полотна, растянулась вереница приезжих. Все пассажиры нашего дизель-поезда в большинстве своем люди пожилого возраста. Значит, конкурентов на трудоустройство у меня в российском райцентре практически нет? Случайная попутчица лет семидесяти пояснила, что рабочих из Беларуси сюда возят на автобусах. Жительница Витебска Рита Заец знает, о чем говорит: в Рудню приезжает раз в месяц — за пенсией. Как, кстати, и десятки других наших попутчиков.

— Я работала когда-то на Крайнем Севере. А после выхода на пенсию вернулась в Витебск, в родительский дом. Считаюсь россиянкой, в Беларуси у меня вид на жительство. Получаю примерно 550 рублей пенсии. Почти половину суммы сразу перечисляю дочери — она живет в Смоленске, выплачивает кредит за квартиру. За годы таких путешествий познакомилась со многими россиянами, которые так или иначе закрепились на белорусской стороне. Кто-то к родственникам уехал, кто-то домик в деревне прикупил. Жить, говорят, у нас хорошо. А за денежным «довольствием» несложно на дизеле и в Россию прокатиться.


Рита Заец уже больше десяти лет ездит в Россию за пенсией.

Людмила Кубенкова каждый день путешествует по маршруту Лиозно — Рудня. В российском райцентре она не только пенсию получает, но и работает — музыкальным руководителем в детском саду. Категория высшая, стаж большой, зарплата — порядка 20 тысяч российских рублей. Для того чтобы поднять заработную плату, в ее детсаду недавно сократили психолога, социального педагога и других специалистов. В группы набирают до 30 малышей.

— Устроилась бы и в Лиозно, но там вакансий по специальности нет. А здесь минут двадцать езды. Утром обычно добираюсь автобусами, которые везут рабочих на молочный комбинат и другие предприятия. Ежедневно идут два «микрика» и большой арендованный МАЗ из Витебска заезжает. Здесь много наших — на швейном, обувном, молочном производствах. Есть цех по выпуску лаков для ногтей — там тоже лиозненцы трудятся.


Центральная площадь райцентра.

Чудеса перевоплощения

Впечатления от поиска работы в Рудне далеко не радужные. Почему? Во-первых, очень унизительно быть в роли просителя. А во-вторых, представители различных служб и ведомств смотрят с подозрением: раз ищешь работу за пределами родной страны, что-то с тобой не так.

Городок небольшой, вакантных мест немного, своих безработных достаточно. Но попытка не пытка. У других же получается!

Объявление «Требуется продавец» висит на двери магазина «Мясной». Захожу. Да, я продавец продовольственных товаров из Лиозно. Стаж? Десять лет. Прежнее место работы? Магазин райпо. Почему уволилась? С новой заведующей характерами не сошлись (вру на ходу и даже не краснею! — Авт.).

— Вы что, каждый день ездить собираетесь? — недоверчиво интересуется директор магазина.

— Да я легкая на подъем! Раз-два, и тут! — убеждаю.

Мой пыл явно не разделяют. Просят хорошо подумать и оценить свои возможности — зарплата-то совсем небольшая. Всего 15 тысяч рублей.

Я оценила. Правда, чуть позже. Когда поняла, что это предложение по сравнению с остальными было по-настоящему королевским.


В «Кулинарии» видеть меня рады — продавцу скучно, покупателей нет. Общительная женщина советует мне обязательно сходить в местное райпо — вакансии точно есть. Если попаду в хороший магазин, смогу получать тысяч 10−12 рублей. Ну, а если в плохой, то все равно минималку (7,5 тысячи) мне будут обязаны платить. А жилье? Жилье можно снять.

— У меня знакомая как раз домик сдает, — сообщает собеседница. — Могу поговорить. За 4 тысячи сторгуетесь. Там, правда, удобств нет. Но благоустроенная квартира — это уже совсем другой ценник. От 7−8 тысяч и выше.

Опять обещаю подумать и топаю на рынок. Может, там все проще и повыгоднее? Повезло, место есть. Об этом радушно сообщают скучающие у своих павильонов продавцы:

— Санька, иди сюда — мы тебе еще одну продавщицу нашли! — кричат в несколько голосов.

Подходит Санька, оценивающе окидывает меня взглядом с головы до ног и с кавказским акцентом спрашивает:

— Торговать сможешь?

Не спрашиваю чем, но с готовностью машу головой: еще как смогу! Санька, видя мою послушность, улыбается: считай, принята.

— Вот только я не местная, из Беларуси, по соседству живу, — наглею понемножку. — С документами проблемка: паспорт на визу сдала, там что-то напутали…

— Ва-а-а-й, разберемся! — радушно хлопает по плечу наниматель. — По-братски, мое-твое… Какой разниц? Десять процент выручки, и по рукам. Нет документ — восемь процент.

Обнадеженная явным успехом лечу дальше. Но с торговлей однозначно завязываю. И даже предложение о комплексном обеде в кафе всего за 94 российских рубля, о чем свидетельствует вывеска, пропускаю. А то вдруг еще проснется соблазн попасть в поварихи?

Вспоминаю, что на сайте местной администрации видела сообщение: в районе не хватает десяти врачей, а еще — медсестер, фельдшеров и других специалистов. В медицине я полный профан, боюсь проколоться. Поэтому меняю легенду. Теперь я — мама дочки-терапевта и теща зятя-хирурга. Молодые собираются переезжать. Непременно в Рудню.


В отделе кадров районной больницы сообщают: большинство вчерашних вакансий уже заняты. В том числе нашими врачами — они кооперируются и ежедневно ездят сюда на личных авто из Витебска и Лиозно. Есть и белорусские медсестры. Но если мои дети собираются перебираться насовсем, то им могут выделить двухкомнатную квартиру. Правда, она требует ремонта. Но на большую зарплату пусть не рассчитывают: будут получать со всеми доплатами тысяч 18−20, как молодые специалисты. И это в том случае, если согласятся переучиться на врача-педиатра, врача-лаборанта, акушера-гинеколога или анестезиолога-реаниматолога. Пусть, мол, лучше приезжают сами, все обсудим.

Ладно, пойду-ка я на почту.

— Есть вакансия заведующей отделением и почтальона в Казимирово, но вы туда ездить не будете, — сразу отрезвляют меня в бухгалтерии. — Это в 20 километрах от Рудни, а зарплата у заведующей — всего 9 тысяч рублей. У почтальона и того меньше. То, что вы белоруска, нас не смущает. Оформим, как и полагается. Но вам, поверьте, это не нужно. Поищите что-нибудь еще.


Предприниматели осваивают даже такие здания.

Полицейскими рождаются

Набираюсь смелости и требую аудиенции у начальника местной полиции Алексея Азарова. Я в полицию пойду — пусть меня научат!

— А вот и не получится, — категоричен полицейский шеф. — Берем на службу только россиян. Но у нас в районе много мест, где могут трудоустроить белорусов. Да и свой бизнес ваши земляки в Рудне открывают. Пообщайтесь с начальником отделения по вопросам миграции Владимиром Козловым. Может, он чем поможет.

Владимир Владимирович проблемы в моем трудоустройстве не видит. Да, промышленность в районе небольшая, но поле деятельности — огромное. А вот нелегально работать не советует: ежемесячно проводятся проверки с целью выявления мигрантов-нарушителей. Их нанимателям грозит солидный штраф. Пока задержаний белорусов, нарушающих закон, не было. По сравнению с представителями других государств, ведут они себя законопослушно.

— Дефицит рабочей силы в районе существует. Местные стремятся за длинным рублем в большие города, преимущественно в Москву. Поэтому белорусов приветствуем. Многие предприятия организовывают бесплатный подвоз людей из близлежащих населенных пунктов Беларуси. С начала года на миграционный учет поставили свыше 740 белорусов, из них конкретно для работы к нам прибыли 460 человек. Советую вам обратиться в компанию «Промконсервы» — это наше градообразующее предприятие, там больше всего ваших граждан.

Но на заводе, где выпускают молочные и овощные консервы, ничем порадовать не могут — тут только что набрали штат. Да, белорусов ежедневно привозят. Текучесть существует, потому советуют подождать. Предупреждают: зарплата небольшая — 8−13 тысяч рублей в зависимости от выработки и обязанностей. Есть общежитие. Работа посменная. Между делом инспектор по кадрам проговаривается: переманивание кадров из соседнего Лиозно для них — уже как минимум десятилетняя традиция. Регулярно специалисты комбината ездят к соседям, беседуют с работниками тамошних предприятий, уговаривают их поменять место работы.

Наши всегда выручают

В центре занятости населения Руднянского района моему визиту удивлены: обычно белорусы к ним не обращаются, с поиском работы справляются самостоятельно.


Ведущий инспектор Руднянского центра занятости Марина Павлова

Ведущий инспектор Марина Павлова рассказывает: раньше белорусы работали практически повсеместно. Но недавно в российское налоговое законодательство внесли изменения. Они обязывают нанимателей делать специальный отчет по иностранным гражданам, причем в короткие сроки и с большими штрафными санкциями за неисполнение. Некоторые руководители предпочли отказаться от наемных иностранцев. Тем не менее около 60 человек ежедневно привозят на работу из Витебска, почти полсотни — из Лиозно, Заольши и окружных деревень.

— На учете около 250 безработных руднянцев. Почему своих не направляем на те же «Промконсервы»? Так у нас две категории безработных: те, кто живет в отдаленных деревнях — они не могут ездить в райцентр, и те, кто уже поработал на этом комбинате — их там больше видеть не хотят, — откровенно рассказывает Марина Павлова.

Сотрудники центра занятости показывают несколько десятков вакансий. Но выбор невелик, зарплата в пересчете на белорусские — 300−350 рублей, а то и ниже. В районе зарегистрировано 400 индивидуальных предпринимателей, но работают на местную экономику всего 120. Остальные — в Смоленске, Москве, Питере и других городах.

— Белорусские строители трудятся в «ИП Рудаков», из 22 штатных сотрудников их там 20. Много ваших земляков на швейном производстве «Агросистема». Руководитель ООО «Мопр» Сергей Прудовский сам белорус и с удовольствием принимает на работу соотечественников. Он фермер и даже согласился взять «на поруки» соседние убыточные сельхозпредприятия, — перечисляют сотрудники. — Трудоустраиваются у нас и ваши пенсионеры — приезжают сюда, чтобы подработать.

Подводя итоги своего путешествия по российской глубинке, прихожу к выводу: руднянцы в поисках хороших заработков покидают свой район. Или предпочитают вообще не работать. Кто в итоге выигрывает? Боюсь, никто.


Бывший капитан Анатолий Леоненков

Случайный собеседник — бывший капитан речного флота, а ныне житель пригородного поселка Чистик пенсионер Анатолий Леоненков, с которым мы повстречались на автостанции, рассказал:

— Чистик раньше был торфоперерабатывающим городком. Сейчас здесь очень много неработающей молодежи. Периодически парни и девушки, люди среднего возраста ездят на заработки в Москву. Часто возвращаются ни с чем — ушлые столичные наниматели дурят трудяг. А ведь их руки и здесь нужны. Вот въезжаешь на территорию Беларуси — контраст, как в кино. Все пашется, сеется, порядок везде и всюду… А у нас даже кассиров на вокзале сократили.

Кассиров и вправду сократили. Теперь билеты нужно покупать у водителя при посадке. Причем уехать на белорусском автобусе, который здесь курсирует транзитом, руднянцы не могут — наши перевозчики не имеют права продавать билеты за российские рубли. А обменять их на белорусские деньги россиянам негде. Но выход есть — прямо на автостанции местные просят помощи в обмене у наших граждан. Вот так по-соседски и живем…

Официально

Татьяна Ромашева, начальник управления по гражданству и миграции УВД облисполкома:

— На территории Витебщины в настоящее время зарегистрировано около 19 тысяч россиян, им выдано почти 18 тысяч видов на жительство. Только с начала года в область прибыло свыше 1100 граждан России. Россияне устраиваются работать в сельское хозяйство, на промышленные предприятия, занимаются предпринимательской деятельностью.

Комментарий

Игорь Корнеенков, исполняющий обязанности заместителя главы администрации Руднянского района:

— Белорусам мы всегда рады. Трудовая миграция — обычное явление. Часть россиян работает в Беларуси, часть белорусов — в России. Тесно сотрудничают наши специалисты сельского хозяйства. Соседская взаимовыручка во время посевных и уборочных работ стала хорошей практикой между приграничными регионами. Надеемся, что взаимовыгодные традиции добрососедства будут развиваться и дальше.

Цифры

В Руднянском районе Смоленской области проживают чуть больше 23 тысяч человек, почти 13 тысяч из них — трудоспособного возраста. Но в различных видах экономической деятельности заняты всего 4 тысячи местных жителей. В соседнем Лиозненском районе Витебской области ситуация другая — здесь проживает менее 16 тысяч человек, чуть больше 8 тысяч из них — трудоспособного возраста, а на благо родного района трудятся свыше 6,2 тысячи лиозненцев.

←Во время пожара на молочно-товарной ферме в Солигорском районе были эвакуированы 242 коровы

Лента Новостей ТОП-Новости Беларуси
Яндекс.Метрика