Учебный бой c «плохими парнями»

Источник материала:  

Осенний лес, обычно тихий и немного грустный, в эти дни с недоумением смотрит на шумное скопище вооруженных людей в зеленой военной форме, деловито обживающееся среди молодых сосен. Люди привели с собой больших и сильных железных зверей, принесли бурые полотнища палаток и серую паутину маскировочных сетей. День и ночь они роют желтый песок, стучат топорами, громко разговаривают — ​и лес удивленно чувствует, как из мирного пристанища для белок и зайцев он постепенно превращается в военный объект…


А бойцы и командиры 339-го гвардейского отдельного механизированного батальона 120-й гвардейской отдельной механизированной бригады, «поселившиеся» в лесу на время учения, почти не замечают его обитателей. Ведь этот лес для них — ​такая же академия солдата, как и поле.

Нимфа на блокпосту

На наезженном тысячами колес и гусениц полотне грунтовой дороги вдруг возникают раскрашенные черно-белыми полосками бетонные блоки. Они расставлены в шахматном порядке, и дорога извивается между ними словно змейка. Это ​самые первые «часовые», стоящие ныне возле любого охраняемого объекта. Чтобы проехать между этим «стадом зебр», даже самый лихой водитель поневоле сбрасывает газ — ​и к самому КПП приближается уже со смиренной скоростью притомившегося пешехода.

А вот и КПП — ​красно-белый шлагбаум, капитальный блокпост, сложенный из бетонных же блоков… И группа людей на обочине.

— Стой! Заглушите двигатель, — ​часовой гвардии рядовой Евгений Ермоленко поднимает руку в останавливающем жесте. — ​Всем выйти из машины, приготовить документы.


Глушим, выходим, готовим… Сопровождающие представителей СМИ подполковники Руслан Анацко и Александр Мальчевский начинают отвечать на конкретные вопросы часового и появившегося на подмогу разводящего гвардии сержанта Владислава Бондарика: пропускной режим касается всех, это тоже является элементом учения, и до уточнения личности прибывших наш автомобиль отгоняют на обочину.

А сегодня кроме пишущей и снимающей братии в гости ожидаются военные атташе, аккредитованные в Беларуси.


Оглядываемся по сторонам. Из угловой бойницы на нас сурово глядит ствол станкового пулемета. И хотя я знаю, что он, скорее всего, не заряжен (тактическое учение 339-го гвардейского отдельного механизированного батальона проходит без боевой стрельбы, но с обилием имитационных пиротехнических средств), присутствие тут надежного ПКМ всех нас как-то… дисциплинирует.

Кроме часового, разводящего и невидимого пулеметчика, КПП охраняют также замаскированная БМП, притаившаяся в капонире, милиционер, спецназовцы и кинолог лейтенант Александр Эшмурадов с овчаркой Нимфой.


Кроме нас и оранжевого КамАЗа, проникнуть на охраняемую территорию хочет одна местная жительница, пожилая женщина с пустым пока белым пластиковым ведром.

— А что, хлопцы тут стрелять будут? — ​с очаровательной возрастной наивностью вопрошает она. — ​И пройти нельзя? Я грибов набрать хочу…

Все находящиеся в тот момент на КПП (кроме Нимфы и спецназовцев) наперебой объясняют незадачливой охотнице за диетическим белком, куда ходить нельзя, а куда можно.


Спецназовцы не вступают в беседу, потому что у них все секретно, а Нимфа — потому что занята важнейшим делом: обнюхивает машины на предмет наличия в них оружия и ВВ. По-моему, четвероногая умница уже догадалась, что здесь ни того, ни другого нет и быть не может, но службу свою она несет очень серьезно. Нимфа успевает контролировать всю обстановку: стоило мне сделать шаг к «ее» лейтенанту, как обученная собака тут же заняла позицию, с которой ей будет удобно при случае оказать хозяину помощь.

Нимфа не рычит, не заливается глупым лаем и даже не скалит зубы: она молча смотрит мне в глаза, как бы напоминая о неприкосновенности своего сослуживца.

Да-а‑а, вот это часовой! Ему не нужна хитроумная техника, его не обманешь поддельными документами — он найдет любую, даже самую мелкую потаёнку, не задумываясь закроет друга от пули или от удара ножа.

Тут из радиостанции раздается очередное, на редкость бодрое «пш-ш‑ш‑ш…», и нам объявляют, что можно ехать дальше. Прыгаем в машину, полосатая балка шлагбаума уходит «подвысь», КПП остается в тылу… Последнее, что мы слышим, — спокойные голоса солдат, в который раз терпеливо объясняющих бабушке:

— Стрелять будут там. Идти вам надо сюда… А грибы — вон там их много.

Оглядываюсь — и вижу, как Нимфа не спеша усаживается под амбразурой с пулеметом. Значит, на этом КПП все спокойно.


Советы «плохих парней»

Возле вышки 227‑го общевойскового полигона узнаем, что тема тактического учения 339‑го гвардейского отдельного механизированного батальона такова: «Ведение усиленным батальоном боевых действий в условиях воздействия диверсионно-разведывательных групп (ДРГ) и незаконных вооруженных формирований (НВФ)». Идет уже второй этап учения, вскоре подразделения будут отрабатывать учебный вопрос «Блокирование и уничтожение НВФ в районе ответственности батальона».

К сожалению, поговорить с кем-то обстоятельно не удается. Все окружающие нас командиры очень заняты подготовкой к предстоящему учебному бою.

Вдруг в поле нашего зрения появляются два человека в военной форме без всяких знаков различия. Нам объясняют: это офицеры одного из подразделений, которые в ходе отработки предстоящего учебного вопроса будут играть роль членов НВФ.

…Вызвать на беседу «плохих парней» удается с большим трудом. Только пообещав им полную анонимность и спрятав фотоаппарат, мы получаем возможность задать пару вопросов.

— Что вы можете сказать о тех людях, роль которых в рамках учения вам предстоит сегодня сыграть?

— Это очень серьезный противник, — говорит «плохой парень» № 1. — Он отлично подготовлен, владеет всеми видами стрелкового оружия, умело действует на любой местности.

— Члены НВФ ведут боевые действия очень жестоко, они не щадят мирных жителей… — добавляет «плохой парень» № 2.

Ничего себе!.. Я‑то думал, что это обычные бандиты, только хорошо вооруженные. А тут — «отлично подготовлен», «безжалостен»…

Прощаемся. «Плохие парни» уходят, лес быстро укрывает их кронами своих деревьев.

О боевых братьях

…Теперь разговариваем с сержантами и солдатами 339‑го гвардейского отдельного механизированного батальона, которые готовятся к предстоящему «бою». Нам рассказывают о том, как будет действовать мотострелковое отделение, где в окопе разместится командир, а где — пулеметчик, кто будет соседом слева и справа… Узнаем: мотострелков и танкистов поддержат огнем вертолеты, для обнаружения «противника» задействуют и беспилотный летательный аппарат.

Мотострелки одеты и экипированы, я бы сказал, богато. Каски с маскировочными сетями, приборы ночного видения, портативные радиостанции, бронежилеты, разгрузки с многочисленными карманами и клапанами, кожаные перчатки… Все новое, все пригнано и подогнано, чтобы было удобнее.

И наши бойцы уверены: они — сильнее врага. Уверены и в том, что и саперы, и танкисты, и вертолетчики, и артиллеристы помогут пехоте. Одна из коротких бесед перед учебным боем особенно запоминается мне. Командир танка гвардии младший сержант Роман Руев и наводчик орудия танка гвардии рядовой Павел Буткевич — невысокие коренастые ребята. Все движения этих «повелителей брони» — неторопливые и солидные.

В лесной крепости

Миновали очередной пост на опушке леса — и…

— Это не обычный лагерь воинской части, — поясняет подполковник Руслан Анацко. — Здесь создана опорная база батальона. А подробности нам сообщит заместитель командира 120‑й гвардейской отдельной механизированной бригады гвардии подполковник Сергей Савицкий.

…До сего дня воинская часть, выезжая «в поля», оборудовала полевой лагерь. На «насиженной» уже местности в давно определенном порядке ставились палатки, парк техники тоже располагался в привычном месте. Все происходило на полигоне, и потому лагерь не укреплялся, а охрана его была минимальной.

— Но опыт локальных войн и военных конфликтов показал, что такое расположение не отвечает требованиям современности, — объясняет гвардии подполковник Савицкий. — Ныне необходимо оборудовать укрепленное расположение, опорную базу. Из этой базы войска выдвигаются для ведения боевых действий против НВФ, в нее же возвращаются для отдыха, ремонта и заправки техники, пополнения боекомплекта…

Мы проходим мимо палаток, капониров, постов. ПХД батальона, медпункт… Вот позиция боевого охранения, вот окоп гранатометчика, вот дежурное средство ПВО. Настоящая крепость в лесу! И построена она для того, чтобы обезопасить воинскую часть от действий НВФ и ДРГ.

Вместе с гвардии подполковником Савицким направляемся в парк. Здесь еще идут работы, но общий замысел уже понятен — высоченные валы надежно скрывают технику и от любопытных глаз, и от обстрела.

— А баня в вашей опорной базе есть?

— Целых три. В палатке, в кунге и в землянке.

— И веники имеются?

— А как же!

 

Цитируя классика

Колонны танков и БМП выдвигаются к месту «боя». На некоторых семьдесятдвойках, поднимающих гусеницами шлейфы бурой пыли в своем тяжком движении, установлена проходящая испытание система электромагнитной защиты (СЭМЗ) от противотанковых мин с бесконтактным (магнитным) взрывателем. Это устройство обеспечивает преждевременный подрыв мин — перед танком, а не под его днищем.

На высоте «Блиндажная‑2» оборудована площадка, с которой гости — военные атташе, аккредитованные в Беларуси, — могут наблюдать за учебным боем. Там уже находятся заместитель командующего войсками СЗОК генерал-майор Андрей Некрашевич, офицеры, представители СМИ.


Место учебного боя — уходящая к горизонту темно-бурая равнина, по которой пролегают две проселочные дороги. Порывистый осенний ветер гоняет над этой равниной серые облака, не давая им облить нас и войска холодным даром небес…

Дождавшись, пока гости немного освоятся, генерал-майор Некрашевич приветствует их, представляется. Затем по-военному лаконично знакомит со сложившейся обстановкой.

Вкратце дела обстоят следующим образом. «Синие» наступают, «красные» (120‑я гвардейская омбр) обороняются. ДРГ условного противника и НВФ действуют в полосе гвардейской бригады. Командир 339‑го гвардейского отдельного механизированного батальона получил задачу уничтожить их. И принял решение выполнить ее силами 2‑й мотострелковой роты, усиленной двумя танковыми взводами и танком командира роты, а также гранатометным взводом. Кроме того, войскам будет оказана поддержка с воздуха.

Минута-другая — и все кончено… Уцелевших злодеев, довольно невежливо подталкивая стволами, сгоняют в кучу…

Но тут наше внимание переключается на правую дорогу: там также показывается небольшая автоколонна. Невидимый «дирижер», разыгрывающий сложную партитуру учебного боя, отдает команду, и позади высоты «Блиндажная‑2» начинают реветь танковые дизели. Все как у классика:

А тем часом издалёка,

Глухо, как из-под земли,

Ровный, дружный, тяжкий рокот

Надвигался, рос. С востока

Танки шли.

Один взвод обходит высоту слева, другой широким крюком пылит справа. Танки образуют впечатляющую дугу, которая охватывает лиходеев стальным полукольцом. Боевые машины занимают позиции — и начинают охаживать «диверсантов» 125‑мм снарядами. Им вторят пушки и пулеметы БМП. Огоньку дают и гранатометчики, позиции которых находятся в метрах ста впереди нас. Над полем «боя» появляется пара Ми‑24 — и вносит свой весомый вклад в огненную бурю, которая бушует на дороге у машин «бандитов». Один заход, другой…

Но вот огонь постепенно стихает, и из окопов поднимаются мотострелки. Темные фигурки вроде бы не торопясь выдвигаются по бурой равнине. И вновь вспоминаю строки Твардовского:

Низко смерть над шапкой свищет,

Хоть кого согнет в дугу.

Цепь идет, как будто ищет

Что-то в поле на снегу.

И хотя я знаю, что бой учебный (нет ни смерти, ни снега…) пехотная цепь действительно идет так, будто пытается отыскать под ногами что-то очень ценное.

— Сегодня никто в атаку на пулеметы в лоб, как в войну, не пойдет, — комментирует происходящее стоящий рядом офицер. — Будем бить их издалека — а потом тех, кто выжил, зачистим…

Учебный бой закончен. Генерал Некрашевич отвечает на немногочисленные вопросы гостей.

Андрей Данилов,

«Ваяр»,

danilov@mod.mil.by,

фото Владимира Блинова

 

←Посольство Беларуси в Пакистане принимает меры по выявлению пострадавших в землетрясении белорусов

Лента Новостей ТОП-Новости Беларуси
Яндекс.Метрика