Последняя ложка солдата и девушка, возившая умерших. В Витебске хотят создать музей блокады Ленинграда

Источник материала:  
29.01.2015 18:23 — Новости Общества
В Витебске накануне открылась музейная экспозиция, посвященная блокадному Ленинграду. Таким образом жители белорусского города присоединились к акциям памяти, которые прошли в Санкт-Петербурге 27 января, в день 71-летия полного снятия блокады.


Центральное место в экспозиции отвели самому ценному для блокадников - хлебу. Так почтили память всех жертв 872 дней блокады. По разным данным, их насчитывается от 600 тыс. до 1,5 млн человек.

Пока экспозиция небольшая и находится в офисе Витебской городской организации воинов-интернационалистов "Братство" на улице Коммунистической, 27. Позже ее планируют переместить в музей воинов-интернационалистов.

Но инициатор создания выставки - Татьяна Храмцова, дочь блокадницы Веры Терешкиной - надеется, что со временем удастся собрать больше экспонатов и открыть отдельный музей.


Татьяна Храмцова

О Татьяне Храмцовой мы писали в прошлом году в материале о секретах сватовства.


Женщина очень трепетно относится к вещам из прошлого. В своем доме она создала музей этнографии. Когда отбирала экспонаты для него, отдельно отложила документы и вещи, связанные со скорбными ленинградскими страницами. В городе на Неве жило два поколения ее семьи.

Однажды ей пришла идея: а почему бы не собрать вместе людей, кому близка эта тема - блокадников, их детей, внуков, других родственников. В начале января Татьяна Александровна объявила о поиске экспонатов, и откликнулись более 15 человек. Люди принесли фотографии, документы, награды, письма, другие семейные реликвии.

- В этом году в Беларуси проходит Год молодежи. Но мы должны осознавать, что без наших предков не было бы молодых, - говорит Татьяна Храмцова. - 872 дня блокады люди жили, боролись с голодом и холодом. И выстояли!

Мы обязаны это помнить. Ведь время уходит безвозвратно, теряются документы, другие свидетельства. Поэтому я обращаюсь к жителям Витебска и области: приносите на эту выставку то, что дорого вашему сердцу - в память о тех, кто еще есть и кого уже нет. И пусть в Витебске появится уголок, посвященный блокадникам.  


Сейчас в Витебской области живут 106 участников блокады Ленинграда. В самом Витебске - 46 человек. Из них уже мало кто может прийти на такие памятные встречи. Но все же некоторые свидетели тех страшных дней пришли.

Полковнику Алексею Иванову в феврале исполнится 90 лет. Когда началась война, ему было 16. Фронтовик поделился своими воспоминаниями.


Алексей Иванов

- Когда началась война, я учился в ремесленном училище в Ленинграде, в нем было много ребят из Минской области. Участвовал в параде 1 мая 1941 года, в составе трудовых резервов. И в первые дни войны про нас вспомнили: были такие ребята, которые на параде прошли не хуже, чем военные и моряки-балтийцы. И нам предложили записаться в ополчение. Мы все громко согласились: "Ура!". Так я попал в ополченскую дивизию.

Вместо винтовок нам дали лопаты. Ведь винтовки Мосина тогда одну на двоих выдавали. Первый бой был возле Луги в 150 км от Ленинграда. За ночь мы выкопали противотанковый ров и траншеи. Рано утром появился немецкий отряд. Впереди танк, а на нем сверху их командир сидит. Немцы в начале войны нахально действовали. Наши открыли огонь, он сразу спрятался. Скоро танк попал в ров. Водитель хотел вылезть, но наши бойцы закрыли люк. Танк подожгли... Таким я запомнил свой первый бой.


Войну Алексей Иванов окончил в звании старшего сержанта. На его счету было много подбитых танков. А после войны стал летчиком, окончив военное училище.

Жительница Витебска Лорина Марошек принесла на выставку фотографии своих родных, которые жили в блокадном городе и участвовали в его освобождении:

- Среди них была Мария Карандашева, концертмейстер у Дмитрия Шостаковича. Представьте себе: "Шестая симфония" из блокадного города транслируется по всему Советскому Союзу. А за фортепиано - моя родственница.

Мой дядя Иосиф, инженер, занимался маскировкой ленинградских улиц, спасал памятники архитектуры. Второй дядя - Сеня, совсем молоденьким мальчиком погиб под Лугой в 1944 году. Он приносил Марии (ее в семье еще называли Мурочкой) свои пайки...

Я считаю, что все они - и Мария, и Иосиф, и Сеня - внесли свой вклад в Победу. Спасибо им большое. Они для меня - как атланты, как колоссы, эти изумительные люди. 
 

Лорина Константиновна принесла на выставку дорогую в ее семье вещь - старую изогнутую ложку.

- На ней написано: "Последняя ложка Сенечки", - объяснила женщина, почему семья так ее бережет.


Лорина Марошек

Ольга Клемят рассказала историю своей матери, блокадницы Елены Бештаненко:

- Ей было 18 лет, когда началась блокада. Мама выучилась на шофера и возила все, что приказывали: и военных, и провизию, и трупы. Я никогда не забуду этот эпизод из рассказов мамы. Однажды она везла на кладбище умерших, и все люди оборачивались на ее машину. Она остановилась - посмотреть, что с техникой. И увидела: из-под брезента свесилась голова женщины, а ее длиннейшие косы волочились по земле...

Сама мама в молодости была исключительно красивой. Знакомые ее звали Ляля Черная, как артистку. А сейчас она белая-белая, ей уже 93 года. Прийти на этот вечер она, конечно же, уже не смогла. 


Каждый экспонат на этой выставке красноречиво говорит о подвиге жителей Ленинграда. Это и пропуск по блокадному городу, и медали, и знаки блокадников, и письма с фронта, и портреты людей, которые поражают внутренней красотой и волей.

Ужасы блокадного Ленинграда перенес и отец автора этих строк - Виктор Чеботарев. Он учился тогда в железнодорожном училище. Когда город сковало кольцо смертельной блокады, ему было 16. До самой старости он сохранил привычку – после каждой еды отламывать крошечный, на пол-укуса, кусочек хлеба и оставлять его про запас. А потом съедал этот кусочек. Так, наверное, ему было теплее, спокойнее и надежнее...

Поэтому хлеб в нашей семье - не просто святое понятие, а ценимое на генном уровне: им не разбрасывались даже отцовы внуки, будучи совсем малышами.

Папы уже много лет нет, но я помню его рассказы. Как он и другие подростки, рискуя жизнью, сбрасывали с крыш "зажигалки". Как они с другом пошли к взорванным Бадаевским складам - в надежде наскрести земли с жженым сахаром. Но НКВД прогоняло оттуда голодных горожан: пусть лучше остатки провизии съедят крысы, чем люди. "Нас схватили и хотели за поиски сахара в земле бросить в топку паровоза, мы чудом удрали", - вспоминал отец.

Всю жизнь у него не проходила боль за того парня, с которым они мирно беседовали вечером, засыпая, а наутро друг уже был мертв. Второй приятель умер, объевшись салом, которое где-то достал и не стал ни с кем делиться. Не все его товарищи пережили переправу по "Дороге жизни": машины, в которых их везли, бомбили, на глазах папы они уходили под лед.

...До конца своих дней он любил повторять: "В этой жизни выживают сильные духом". Портрет моего отца, в рамке под цвет золота, стоит рядом с фото и свидетельством о смерти, которое выдали другому ленинградцу - умершему в 1942 году от дистрофии. А ведь у этого человека тоже могли бы быть дети и внуки... Этого права его лишила война.    





Священник Сергий Захаров говорил на открытии выставки о возможном создании в Витебске еще одного мемориального музея:

- На месте концлагеря "5 Полк" хотят построить храм-памятник, где бы молились о всех погибших и где бы на первом этаже находился музей. Там были бы отделы, посвященные узникам лагерей, блокадникам, воинам-афганцам. Они все живы, Господь каждого помнит, но хорошо бы, чтобы и мы с вами возносили о них молитвы. И если мы все вместе будем ходить по инстанциям, то власти города быстрее пойдут нам навстречу, чем если этим будут заниматься только узники гетто и прихожане прихода в честь Божьей Матери "Взыскание погибших".
←"Международные авиалинии Украины" с 14 апреля открывают рейс Киев-Минск

Лента Новостей ТОП-Новости Беларуси
Яндекс.Метрика