Как Беларусь в 2026 году начала внешнюю торговлю
В январе Беларусь показала относительно неплохие показатели во внешней торговле товарами. Пусть сальдо сохранило минус из-за превышения импорта над экспортом, но по сравнению с январем прошлого года картина выглядит уже заметно лучше. Впрочем, на статистику внешней торговли в случае белорусской экономики важно смотреть глубже: от того, насколько устойчивы и эффективны экспортные и импортные потоки, во многом зависит благополучие экономики в целом.
В целом январь текущего года выглядит заметно сильнее января 2025 г. по ключевым параметрам
— После довольно сложной и противоречивой картины внешней торговли по итогам 2025 г. — когда экспорт и импорт товаров показали рост, но динамика выглядела неравномерной, в результате чего сформировался дефицит в размере около $ 7 млрд — к статистике внешней торговли 2026 г. присматриваются более внимательно. Для белорусской экономики внешний контур традиционно играет роль маркера устойчивости: по нему быстрее всего видно, насколько страна справляется с текущими вызовами — от логистики и расчетов до спроса на ключевых рынках. Свежая статистика Белстата за январь уже позволяет сделать несколько важных выводов.
В целом январь текущего года выглядит заметно сильнее января 2025 г. по ключевым параметрам. Товарооборот внешней торговли вырос до $ 6,72 млрд (+12,3% г/г), при этом экспорт прибавил быстрее импорта: поставки вовне увеличились до $ 3,25 млрд (+18,6%), тогда как импорт вырос до $ 3,47 млрд (+7,0%). Это сразу отразилось на балансе: дефицит сохранился, но сократился более чем вдвое — с −$496,8 млн в январе прошлого года до −$212,4 млн в начале текущего, т.е. старт года формально остается «минусовым», но сам масштаб разрыва между покупками и продажами на внешнем контуре стал существенно мягче, чем год назад.
Если разложить январские цифры по географии, улучшение выглядит неодинаково, но в целом подтверждает более устойчивый старт года. На рынке СНГ оборот вырос до $ 4,43 млрд (+19,4%), экспорт — до $ 2,35 млрд (+24,1%), импорт — до $ 2,08 млрд (+14,5%), а сальдо заметно укрепилось: профицит увеличился с $ 72,1 млн до $ 264,0 млн.
По рынкам вне СНГ динамика более сдержанная по обороту ($ 2,29 млрд; +0,7%), но важен качественный сдвиг: экспорт вырос до $ 905,0 млн (+6,4%), импорт снизился до $ 1,38 млрд (−2,7%), поэтому дефицит здесь сократился с −$ 568,9 млн до −$ 476,4 млн. В сумме это означает, что январское улучшение общего баланса обеспечили одновременно более сильный экспортный импульс и умеренное импортное давление — причем как в СНГ, так и вне СНГ, хотя вклад в этих контурах в итоговый результат различается.
Если вписать январь 2026 г. в помесячную логику с начала прошлого года, то он выглядит как заметно более мягкий старт после непростого финала 2025 г. В абсолютных величинах январский оборот ($ 6,72 млрд) и экспорт ($ 3,25 млрд) ожидаемо ниже пиков октября–декабря 2025 г. (когда оборот был $ 8,31–9,39 млрд, экспорт — $ 3,79–4,21 млрд), но ключевой момент — динамика сальдо. На фоне IV квартала, где дефицит держался на уровнях −$ 703–976 млн ежемесячно, январь 2026 г. выглядит как резкое «сжатие» минуса до −$ 212 млн. При этом импорт в январе ($ 3,47 млрд) почти вернулся к умеренным значениям, заметно ниже декабрьских $ 5,18 млрд, а экспорт удержался относительно высоко для начала года — выше январских $ 2,74 млрд годом ранее.
География подтверждает эту более устойчивую конфигурацию. По СНГ январь 2026 г. не просто продолжает профицитную зону, а выглядит сильнее, чем в конце 2025 г.: экспорт вырос до $ 2,35 млрд (против $ 1,89 млрд в январе 2025 г.), импорт — до $ 2,08 млрд, и профицит подскочил до $ 264 млн, что выше уровней октября–ноября 2025 г. ($159–197 млн) и кратно выше декабрьского $ 44 млн. Вне СНГ картина скромнее по обороту, но качественно лучше по балансу: дефицит сократился до −$ 476 млн, тогда как в IV квартале он углублялся до −$ 863…−$ 1 019 млн.
Динамика по рынкам
По экспорту январь 2026 г. сразу показывает более выраженный разворот в сторону СНГ, чем год назад. Доля экспорта в страны СНГ выросла с 69,0% в январе 2025 г. до 72,2% в январе 2026 г. (т.е. +3,2 п.п.), а доля вне СНГ, соответственно, снизилась с 31,0% до 27,8%. Если смотреть на весь 2025 г. как на фон, эта зависимость от СНГ в экспорте в течение года, как правило, только усиливалась — доля поднималась к середине года до 76,8% (июнь), а затем колебалась, завершая год на 71,3% (декабрь). На этом фоне январь 2026 г. выглядит как продолжение той же структурной логики: экспортный контур остается сместившимся к СНГ, и это важный маркер уже в самом начале текущего года.
По импорту старт 2026 г. тоже фиксирует усиление СНГ-компоненты, но здесь картина даже жестче по сравнению с январем прошлого года. Доля импорта из стран СНГ в январе 2026 г. составила 60,1% против 56,2% в январе 2025 г. (+3,9 п.п.), а доля вне СНГ снизилась с 43,8% до 39,9%. Для сравнения: в 2025 г. доля импорта из СНГ в течение года в основном держалась в диапазоне 56–60% (с локальным пиком 60,4% в сентябре), т.е. январь 2026 г. находится ближе к верхней границе прошлогодних значений — и это означает, что уход импортных потоков в сторону СНГ начался сразу с начала года, без раскачки.
В сумме начало 2026 г. дает более выраженную двухконтурность, чем начало 2025 г., причем одновременно по экспорту и по импорту. Для экспорта это выглядит как дальнейшая концентрация продаж на рынке СНГ, а для импорта — как рост зависимости от поставок из СНГ при одновременном снижении доли вне СНГ. Такая конфигурация может повышать краткосрочную устойчивость за счет более понятных маршрутов и контрагентов, но в стратегическом смысле делает внешнюю торговлю более чувствительной к конъюнктуре и регулированию на одном направлении: если шок или охлаждение спроса происходит внутри СНГ-коридора, а для России как главного рынка в данном случае это весьма вероятно, компенсировать его за счет альтернативных рынков будет сложнее, чем годом ранее.
Если говорить об итогах, то по рынку СНГ сальдо в январе 2026 г. выросло до +$ 264,0 млн против +$ 72,1 млн годом ранее — профицит стал почти в 3,7 раза больше. Это важно еще и потому, что в 2025 г. начало года было слабым по профициту СНГ (февраль +$ 38,5 млн, март +$ 65,3 млн), затем шел компенсационный период весна–лето (апрель +$ 181,6 млн, май +$ 402,4 млн, июнь +$ 321,5 млн, июль–август до +$ 350–451 млн), а осенью профицит становился заметно ниже (сентябрь +$ 51,6 млн, декабрь +$ 43,7 млн). На этом фоне январь 2026 г. выглядит как возвращение к более высокому режиму профицита, ближе к весенне-летним значениям 2025 г., чем к его слабому старту и неровному финалу.
По рынкам вне СНГ январь 2026 г. тоже приносит улучшение, но в другом масштабе и с иной логикой: дефицит сократился до −$ 476,4 млн против −$ 568,9 млн в январе 2025 г. (улучшение примерно на $ 92,5 млн). Однако важно, что весь 2025 г. вне СНГ оставался хронически глубоко минусовым и при этом в течение года дефицит, как правило, усиливался, особенно к концу: весной–летом он держался в диапазоне порядка −$ 706…−$ 854 млн, а в IV квартале уходил еще глубже — −$ 924,7 млн в октябре, −$ 862,6 млн в ноябре и −$ 1 019,2 млн в декабре. На таком фоне январь 2026 г. выглядит не просто лучше, чем год назад, а как уход от наиболее тяжелого режима второй половины 2025 г.
Не только товары, но и сектор услуг
На внешнюю торговлю Беларуси важно смотреть шире, чем только через баланс товаров: для полной картины нужно учитывать и сектор услуг, данные по которому публикуются реже. Исторически для страны типична ситуация, когда отрицательное сальдо торговли товарами частично или полностью нивелируется положительным сальдо услуг — прежде всего за счет IT-услуг и транспортного блока. В 2025 г. это правило работало, но не спасло общий баланс: при дефиците по товарам −$ 5,96 млрд (по методологии Нацбанка) услуги дали профицит +$ 4,15 млрд, и в итоге суммарное сальдо товаров и услуг осталось отрицательным −$ 1,81 млрд. Тем не менее сам факт важен: даже при минусе по товарам внешнеторговая позиция экономики в целом может выглядеть иначе, потому что услуги при меньших объемах генерируют значимый профицит, который в практическом смысле смягчает давление товарного дефицита.
Таким образом, в начале 2026 г. за внешней торговлей важно следить пристально — и даже более внимательно, чем обычно. Причина проста: ключевой рынок для белорусского экспорта — Россия — входит в год в сложной конъюнктуре, и в лучшем случае она будет неоднозначной, но может ухудшаться для белорусских поставщиков и одновременно подталкивать импортное давление. Мониторинг ВЭД становится одним из главных способов понять, как экономика в целом будет жить 2026 г. Пока же можно зафиксировать осторожно позитивный старт: январь показал заметно более сильную динамику, чем год назад — экспорт вырос быстрее импорта, а дефицит по товарам существенно сократился. Даже сохраняя минус в товарном сальдо, такой январь выглядит как более комфортная исходная точка, чем начало 2025 г. — но устойчивость этого режима станет понятна только по данным следующих месяцев и с учетом вклада внешней торговли услугами.
