Не стреляйте на шум и шорох. Как инспекторы в лесу устраивают засады на браконьеров
Осенний сезон охоты начался. Любители дичи рванули в лес за уткой, лосем, оленем и бобром. Некоторые вооружаются без необходимого на то разрешения. К ночной засаде на браконьеров присоединилась и корреспондент «Р».
Автомобиль природоохранных инспекторов мчит нас по ухабам проселочной дороги в 4.30 утра. Спешка оправданна: поступила информация, что в Червенском районе компания дачников купила путевку для охоты на утку, а на самом деле организовывает загонную охоту на копытных. При этом название деревни инспектора просят не указывать: вдруг браконьеры сегодня не покажутся и засаду придется перенести.
— Делимся на группы, — скомандовал госинспектор Минской межрайонной инспекции охраны животного и растительного мира Виталий Коток, прибыв на место, и инспектора вмиг разбрелись по лесному массиву.
Засады перекрывают все основные заезды из деревни в лес. Нам с Виталием и его напарником, старшим госинспектором Александром Гладиловым, досталось западное направление. Лежим в высокой траве на туристическом коврике. Свитер, бушлат, шапка — все на мне. Но все равно замерзла — ночи уже холодные. Призвав на помощь все свое самообладание, терплю.
— Долго еще лежать? — не выдерживаю спустя 40 минут.
— Сутки, может, двое, — на полном серьезе бросает Виталий Коток, и у меня темнеет в глазах.
Надеюсь, браконьеры скоро появятся. Однако мои надежды не оправдались, и спустя 2 часа безрезультатного ожидания ползу греться в машину. В 9.30 утра инспекторы тоже возвращаются, идут ни с чем.
— Первые грибники и ягодники уже пошли в лес — двоих встретили. Так что браконьеры днем туда не сунутся: чтобы разделать лося, нужно время, а лишние свидетели им ни к чему, — говорит Виталий Коток.
Напоследок обходим прилегающие к деревне лесные тропы.
— Приезжали все-таки, роса сбита, — Виталий с азартом всматривается в свежие следы на клеверном поле.
Посторонним смысла заезжать в эту деревню нет: чуть дальше — прямая дорога. Скорее всего, браконьеры, почуяв неладное, решили не рисковать. Теперь если и сунутся в лес, то лишь с темнотой. Потому ночью инспектора снова устроят засаду.
Заезжаем в деревню Драчково Червенского района. Весной здесь задержали троих браконьеров. Решаем проверить, как сейчас обстоят дела. Все чисто. Следующая остановка — Дворецкая охотдача под Минском. Здешнее болото облюбовали и утки, и охотники. В чаще натыкаемся на минчанина Евгения, который битый час блуждает в поисках дичи.
— Жена ворчит, мол, без утки не возвращайся, — устало бормочет охотник, протягивая охотничий билет.
А что с машиной? Ее тоже досматриваем, и вот почему. Под видом охоты на утку недобросовестные охотники могут добыть лося, косулю или зайца. Тушу прячут в багажник. Прецеденты были. Но к Audi Евгения вопросов нет. Разрешение на оружие у охотника тоже в порядке, номера совпадают. Патроны — отдельная тема. Не редкость, когда среди прочего находятся пулевые патроны или патроны с картечью, которые при охоте на утку запрещены. Само их наличие в кармане уже нарушение. Именно за это и штрафуем следующего охотника, решившего прикинуться грибником.
Бывалый охотник скоро понял, что штрафа не миновать, и нахмурился.
— Да я за грибами шел. Оружие зачехлено. Видите? — растерянно лепечет.
— Это не имеет значения. Находиться в охотничьих угодьях с оружием, пусть даже зачехленным и без патронов, запрещено. Леса общего пользования — другое дело, — Александр Гладилов расставляет точки над «і».
Между тем безопасность на охоте — тема на слуху. Несчастные случаи, к сожалению, не редкость. Инспектора обсуждают недавнюю трагедию. На субботней охоте в Малоритском районе вместо дичи брестчанин случайно застрелил рыбака. Последний приехал порыбачить вместе с отцом и дочерью на реку Осиповка у деревни Малые Доропеевичи. В какой-то момент отошел от компании и оказался в камышах. В это время поблизости находился охотник. Выстрел. Дробь попала рыбаку в шею.
Трагедии удалось бы избежать, если бы охотник соблюдал элементарные правила безопасности. Какие именно, рассказал Виталий Коток:
— Запрещено стрелять на шум и шорох. Нельзя спускать курок в условиях плохой видимости, например в тумане, в сильный снегопад, в сумерках или против солнца. Запрещено стрелять в направлении людей и населенных пунктов, а также по птице, что взлетает ниже 2,5 метра, в условиях ограниченной видимости. Нельзя открывать огонь с лодки через других людей, находящихся на борту. Нельзя садиться и выходить из машины с заряженным ружьем.
Тем временем сарафанное радио быстро разнесло по округе, что в районе работают инспектора. Решаем временно сменить место дислокации — держим путь в Пуховичский район. Здешние Сергеевичские разливы тоже излюбленное место браконьеров.
Незаметно вечереет. Мы меняем транспорт — пересаживаемся в весельную лодку, дабы сойти за рыбаков. Мотор принципиально не берем — с ним обычно ездят инспектора, потому браконьеры смогут вычислить нас на раз. Для пущей убедительности меняем камуфляж на видавшую виды одежду, а на борт берем садок и пару складных удочек. С воды лучше просматривается обстановка на берегу — вдруг кто решит подстрелить утку.
Гляжу в бинокль и вдруг поодаль в камышах замечаю одинокую лодку. Наконец и я на что-то сгодилась! Инспектора чуют браконьера: ну разве честный рыбак заплывет на ночь глядя так далеко. Позже выяснилось, что чутье не подвело. Около часа гребем к месту. За это время рыбак, на свою беду, уже успел поставить две сети. Ими ловить рыбу запрещено.
— Не боитесь, вдруг оштрафуют? — начал разговор Виталий Коток, и рыбак насторожился.
— Сюда инспекция не заплывает — слишком далеко. Тут только местные рыбачат, — пробормотал в ответ.
— Где тут еще можно сеть поставить? — очередной вопрос с подвохом доносится из нашей лодки.
Мужчина выкладывает все как есть — где сети ставят, кто и когда… Эту информацию инспекторы возьмут на карандаш. А Александр замечает в лодке два капкана. Их сельчанин собирался поставить на бобра. Ни на охоту, ни на рыбалку разрешения у задержанного не оказалось.
— Да я не собирался эти капканы ставить. Я их еще зимой поставил, а теперь вот решил достать, — нарушитель по имени Михаил потеребил усы и уставился в протокол.
Но умудренных опытом инспекторов не проведешь: на капканах ни следа ржавчины. Значит, в воде они не стояли. К тому же разрешающие документы для охоты на бобра Михаилу никогда не выдавались.
— Я в свое время на этих разливах торф добывал, — уже на берегу ностальгирует Михаил, надеясь, что это обстоятельство смягчит его участь.
Озвученные размеры штрафов до крайности встревожили рыбака и охотника в одном лице. Поскольку Михаил в поле зрения инспекторов раньше не попадал и своей вины не отрицает, к нему снисходительны. На первый раз сельчанин отделается минимальным штрафом. Это известие его немного успокоило. Рассыпавшись в благодарностях, он удалился.
А инспектора снова возвращаются в засаду в Червенский район: вдруг сегодня ночью браконьеры появятся…
Комментарий в тему
Василий Саплицкий, старший инспектор по разрешительной работе отдела охраны правопорядка и профилактики Центрального РУВД г. Минска:
— Стать владельцем гладкоствольного охотничьего оружия непросто. Сначала нужно получить разрешение на приобретение оружия. Чтобы обзавестись гладкоствольным охотничьим ружьем, нужно пройти специальные курсы в УП «Белгосохота» и получить госудостоверение на право охоты. Затем нужно пройти медкомиссию. Потом участковый пишет рапорт, что у потенциального владельца имеются необходимые условия для хранения: сейф, а в случае если оружие является нарезным, то и сигнализация. Только после этого в течение месяца рассматривают запрос и выдают либо отказывают в разрешении на покупку. Это разрешение будет действительным в течение полугода. Но и после покупки оружия новоиспеченному владельцу не стоит расслабляться: в течение 10 дней он обязан его зарегистрировать и оплатить госпошлину за регистрацию — 2 базовые величины. Только после этого выдается разрешение на право хранения и ношения оружия сроком на 3 года.
Все хозяева арсеналов находятся под постоянным контролем: их проверяем не реже одного раза в год. Хранить оружие нужно в сейфе. Ключи от сейфа должны находиться только у владельца оружия. Доступ к сейфу членов семьи или других лиц должен быть исключен.