БОРИС КАУФМАН: «ГЛАВНОЕ — ПЕРЕДАТЬ ОПЫТ МОЛОДЫМ»
Фото Бориса Кауфмана, мастера политической фотографии и талантливого фотохудожника, — целая эпоха. Его снимки — не просто достойные кадры новостной ленты, в них запечатлены лица эпохи: от Никиты Хрущева до Бориса Ельцина. В объектив фотожурналиста попадали Юрий Гагарин и Федерико Феллини, Андрей Сахаров и многие другие знаковые фигуры.
Жанровые фотографии Кауфмана были удостоены многих почетных наград, среди которых: приз в категории «Человек и век» за фотографию «Космонавт среди звезд», а также серебряная медаль «Интерпрессфото» за серию «Человек родился» и «Золотой глаз» World Press Photo за серию «Женщины Дагестана». Последняя награда для фотографов — как для писателей Нобелевская премия.
Борис Кауфман родился в Баку, вырос в Москве, на Арбате. Сюда он иногда приезжает просто погулять, без фотоаппарата. Петляет по переулкам своего детства и не узнает их. Так здесь все изменилось. Однако родные сердцу пейзажи до сих пор дарят ему вдохновение. Фотохудожник любит путешествовать.
Нам довелось встретиться с Борисом Кауфманом в Беларуси и побеседовать о его жизни.
— Борис Матвеевич, что было самым тяжелым в вашей профессии?
— Самое тяжелое — стать профессионалом своего дела. Хочется, чтобы о тебе говорили как о «профи», чтобы было кому передать свой опыт. Конечно, каждый профессионал достигает определенных высот прежде всего упорным трудом. Недаром говорят: 8% успеха достигнуто кропотливым трудом. Однако не будем лукавить, многое зависит и от благосклонности Фортуны, Его величества случая.
— Насколько была благосклонна Фортуна к вам?
— Думаю, что в моей жизни было достаточное количество счастливых случайностей. Например, при поступлении в институт мама подарила мне фотоаппарат. Окрыленный, я ходил по городу и снимал Москву, пейзажи. Проходя мимо Дома журналиста, увидел, что принимаются фотографии на конкурс. Так я отдал свой негатив и забыл про него.
Спустя какое-то время в моей квартире раздался звонок, и голос в трубке спросил:
— Борис Матвеевич?
— Да.
— Совинформбюро сообщает вам, что ваш негатив «С голубями» получил главный приз.
— Как складывалась ваша судьба потом?
— Два или три года находился по 180 дней в командировках: побывал от Бреста до Сахалина. Был за Полярным кругом. Приходилось работать даже при температуре воздуха минус 54°С. После перешел в «Moscow New», теперь — в «Московских новостях». С приходом Николая Ефимова и Егора Яковлева начался расцвет этой газеты. Егор научил меня не только снимать, но и редактировать. Много лет работал с Третьяковым. Я встретил много замечательных людей по жизни. Все главные редакторы стали моими личными друзьями, учителями были Малышев, Тихонов, Озерский. Эти люди «шлифовали» мое мастерство.
— Вы относите себя к классу фотохудожников?
— Нет, я больше репортер: люблю уличную жанровую съемку, мне близки пейзажи и жанровые портреты. Я, как охотник, жду удачного момента, а потом «ловлю» взгляд или выражение лица. Я работал с Софи Лорен, Вячеславом Зайцевым, Константином Симоновым, Инной Чуриковой и другими известнейшими людьми.
Все, что получается, это чистая случайность, замечает мастер и вспоминает, что репортерский подход приносил ему в советские времена не только удачи, но и неприятности.
— Например, фотография с выглядывающим из двери Горбачевым имеет и предысторию, и послесловие, поэтому она у меня глубоко сидит в памяти, — говорит фотохудожник. — Я поехал на съемку на один из партийных съездов, в числе других сделал этот кадр, который и опубликовали. Но когда вернулся после выхода газеты на съезд, один из охранников меня предостерег: «Уходи отсюда куда-нибудь подальше. За тобой Плеханов бегает, ищет тебя, аккредитацию отберет». И я тут же убежал из зала и дня два-три не появлялся там, — вспоминает Кауфман и поясняет: — Плеханов был тогда генерал-лейтенантом КГБ, начальником охраны Кремля.
Да, это было серьезно. Но мне повезло: «непротокольное» фото тогдашнего лидера Советского Союза не вызвало возражений у самого объекта съемки, и все успокоилось.
— Борис Матвеевич, на ваш взгляд, что лучше: репортажный или постановочный снимок?
— Все зависит от качества. Лично я хорошую постановку всегда предпочту среднему репортажному снимку. Достаточно вспомнить шедевры: Халдея «Знамя над рейхстагом» (но мало кто знает, что красное полотнище с серпом и молотом, да не одно, а три (!) в Берлин фотограф привез в собственном вещмешке и 2 месяца носил это знамя за собой), Альперта «Комбат» (между прочим автор снимка снял его на учении, а не в бою). Сейчас очень много возможностей. Надо использовать прогрессивную технику. Мне уже за 70. Не надо кривить душой, ведь раньше мы тоже фильтрами меняли цвет. Так что я выступаю за фотошоп. Сегодня много высококлассной техники. Однако не стоит целиком полагаться на нее. Нужно уметь чувствовать момент. Этому я учу молодых и всеми силами стараюсь передать им мой опыт.